Рэй брэдбери цитаты и афоризмы

25 цитат великого мечтателя Рэя Брэдбери Художница показала, что случается с суперзлодеями и супергероями, когда те выходят на пенсию 11 странных, но интересных музеев, которые стоит посетить...
  • Художница показала, что случается с суперзлодеями и супергероями, когда те выходят на пенсию

  • 11 странных, но интересных музеев, которые стоит посетить

  • Семья из 4 человек оставляет за год маленькую банку мусора. Им это удается благодаря принципу из 5 шагов

  • 9 упражнений, которые не стоит делать, если вы мечтаете о женственной фигуре

  • 30 навыков и умений, которые нынешняя молодежь практически утратила

  • 11 странностей человека, над которыми ученым пришлось поломать голову

  • 10 фишек, которые способны оживить даже самую унылую квартиру

  • 24 фото, на которых богатая жизнь ослепляет настолько, что хочется надеть солнцезащитные очки

  • 16 человек, которые знают толк в настоящем отдыхе

  • Самый сложный тест на внимание. Ну и немного на зрение

  • 13 вещей, из-за которых в доме нет уюта и вечный беспорядок

  • 20 неожиданных событий, к которым никто не был готов

  • 22 человека, которых можно спокойно назвать королями неловких ситуаций

  • 11 типов манипуляторов, с которыми мы сталкиваемся в повседневной жизни

  • 18 искренних историй о том, что у любви тысяча обличий

  • Ученые назвали 8 веских причин начать медитировать уже сегодня

www.adme.ru

40 потрясающих цитат Рэя Брэдбери, которые заставят вас по-новому взглянуть на жизнь —

Рэй Дуглас Брэдбери  — знаменитый американский писатель, признанный лучшим писателем-фантастом своего времени. Без этого человека невозможно представить развитие литературы XX века. Он является автором таких известных и любимых всеми произведений, как «451° по Фаренгейту», «Вино из одуванчиков», «Лето, прощай». Рэй Брэдбери любил эту жизнь, чему учил и других людей.

У людей теперь нет времени друг для друга.

Неважно, что именно ты делаешь; важно, чтобы все, к чему ты прикасаешься, меняло форму, становилось не таким, как раньше, чтобы в нем оставалась частица тебя самого. В этом разница между человеком, просто стригущим траву на лужайке, и настоящим садовником.

Улыбайся, не доставляй беде удовольствия.

Нужно просто вырасти таким человеком, который смотрит на мир открытыми глазами и не обманывается. В таком случае даже людское вероломство покажется забавным, не более того. Когда поймешь, что в человеческой природе всегда есть частица зла, тебе будет легче выстоять.

Бог дал нам разум, чтобы мы исследовали то, что уже есть, а не для того, чтобы мы гадали и боялись, что нас ждет в будущем.

У нас одна обязанность — быть счастливыми.

Когда живешь все время рядом с людьми, они не меняются ни на йоту. Вы изумляетесь происшедшим в них переменам, только если расстаетесь надолго, на годы.

Вот она, жизнь… Вечно всё то же: один ждёт другого, а его нет и нет. Всегда кто-нибудь любит сильнее, чем любят его. И наступает час, когда хочется уничтожить то, что ты любишь,

чтобы оно тебя больше не мучило…

Любовь — это когда кто-то может вернуть человеку самого себя.

Должна быть в жизни такая ночь, которая запомнится навсегда. Она приходит ко всем. И если ты чувствуешь, что эта ночь уже близка, уже вот-вот наступит — лови ее без лишних слов, а когда минует — держи язык за зубами. Упустишь — она, может, больше не придет.

А ведь ее многие упустили, многие даже видели, как она уплывает, чтобы никогда больше не вернуться, потому что не смогли удержать на кончике дрожащего пальца хрупкое равновесие из весны и света, луны и сумерек, ночного холма и теплой травы, и уходящего поезда, и города, и дальних далей.

Свободного времени у нас достаточно. Но есть ли у нас время подумать?

Как редко на лице другого человека можно увидеть отражение твоего собственного лица, твоих сокровенных трепетных мыслей!

Как стыдно, что люди не могут полюбить друг друга так, чтобы пронести эту любовь через всю жизнь, и вместо этого начинают искать кого-то другого… Как стыдно!

Каждый раз прыгайте с утеса и, пока летите вниз, отращивайте крылья.

Каждый человек должен что-то оставить после себя. Сына, или книгу, или картину, выстроенный тобой дом, или хотя бы возвёденную из кирпича стену, или сшитую тобой пару башмаков, или сад, посаженный твоими руками. Что-то, чего при жизни касались твои пальцы, в чем после смерти найдет прибежище твоя душа. Люди будут смотреть на взращенное тобой дерево или цветок, и в эту минуту ты будешь жив.

Любовь — это когда хочешь с кем-то переживать все четыре времени года. Когда хочется бежать с кем-то от весенней грозы под усыпанную цветами сирень, а летом собирать с кем-то ягоды и купаться в реке. Осенью вместе варить варенье и заклеивать окна от холода. Зимой — помогать пережить насморк и долгие вечера, а когда станет холодно — вместе топить печь.

— Знаешь, в чем твоя беда? — Ты любишь людей, которые этого не заслуживают.

Стаю волков было легче отогнать, чем воспоминания…

Не вздумай дать им ухватиться за твой плач, они из него себе улыбок нашьют.

Рэй Бредбери ещё в 1950 написал сборник рассказов «Марсианские хроники», где была такая фраза «уже к началу второго тысячелетия на Марсе будут поселения, целые города землян..»

В 2010 году у 90-летнего Рэя спросили, почему его предсказание не сбылось, на что он ответил:

Люди — идиоты! Они сделали кучу глупостей: придумали костюмы для собак, должность рекламного менеджера и штуки вроде айфона, не получив взамен ничего, кроме кислого послевкусия. Человечеству дали возможность бороздить космос, но оно хочет заниматься потреблением: пить пиво и смотреть сериалы. Вы особенно не обращайте внимания, это старческое брюзжание (смеётся) — мне же скоро сто лет.

5 июня 2012 года Рэй ушел из жизни. Но он навсегда останется с нами в своих замечательных книгах.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

resfeber.ru

Цитаты Рэя Брэдбери

Демонстрация ума женщинам категорически противопоказана. Почти всех молодых людей даже крохотный женский ум пугает до паники, тогда парни делают стрекача от слишком заумной дамы без оглядки и никогда потом не возвращаются.

Я нуждаюсь в беседе, только слушать некому. Когда я говорю со стенами, то давят они неимоверно своим писклявым криком на перепонки. Супруге тоже неинтересно меня слушать, ибо ей нравится беседа со стенами. – Рэй Брэдбери

Любовь это прожитые вместе годы, года летом, осенью также интересно и ново, как и в зной, и стужу. Когда строишь бесконечные планы: то вместе пошли за ягодами, то наломали сирени, то катались на санках или играли в футбол.

Первое понимание в сознании – ты явный дурак. В последний миг ты также явственно осознаешь, что дураком и остался.

Мертвая бабочка еще не означает, что гром грянет в ясную погоду. Богу по силам все.

Вино можно гнать из одуванчиков, но лишь ранней весной, иначе отравишься.

Рэй Брэдбери: На чаше весов два зависимых понятия – созидание или крушение. Середины нет. Психология доказала: созидатели не могут стать разрушителями. Кто ломает – строить, как правило, не в состоянии.

Бывают мгновения, когда я один, а вокруг вакуум.

Чтобы полноценно жить, человек обязан быть многогранным и разносторонним. Сто работ, сто занятий, тысячу перспективных дел и обязанностей.

Читайте также:  С миру по мысли статусы афоризмы цитаты

Продолжение цитат Рэя Брэдбери читайте на страницах:

Яблочко к яблочку, свояк свояка, психи тоже кучкуются.

Молодым девушкам часто хочется быть роковыми роковыми, но вместо этого они получаются немножко жестокими и легкомысленными. И только в пожилом возрасту приходят доброта и понимание.

Я тебе одно скажу, Дуг: ужасно люблю вечером ложиться спать! Так что уж один-то раз в день непременно бывает счастливый конец. Наутро встаешь и, может, все пойдет — хуже некуда. Но тогда я сразу вспомню, что вечером опять лягу спать и, как полежу немножко, все опять станет хорошо.

Побывала я в Париже, в Вене, в Лондоне – и всюду одна да одна, и тут оказалось: быть одной в Париже ничуть не лучше, чем в Гринтауне, штат Иллинойс. Все равно где – важно, что ты одна. Конечно, остается вдоволь времени размышлять, шлифовать свои манеры, оттачивать остроумие. Но иной раз я думаю: с радостью отдала бы острое словцо или изящный реверанс за друга, который остался бы со мной на субботу и воскресенье лет эдак на тридцать.

Ненавижу римлянина по имени Статус Кво… – Шире открой глаза, живи так жадно, как будто через 10 секунд умрёшь. Старайся увидеть мир. Он прекрасней любой мечты, созданной на фабрике и оплаченной деньгами. Не проси гарантий, не ищи покоя – такого зверя нет на свете. А если есть, так он сродни обезъяне-ленивцу, которая день-деньской висит на дереве головой вниз, и всю жизнь проводит в спячке. К чёрту! Тряхни посильнее дерево, пусть эта ленивая скотина треснется задницей об землю!

В войне вообще не выигрывают. Все только и делают, что проигрывают, и кто проигрывает последним, просит мира.

Когда человеку исполняется шестнадцать лет, ему кажется, что умнее его нет на целом свете. Если в тридцать продолжает думать также – значит, так и не вырос.

и купаться в реке. Осенью вместе варить варенье и заклеивать окна

Главные потрясения и повороты жизни – в чем они? – думал он сейчас, крутя педали велосипеда. Рождаешься на свет, растешь, стареешь, умираешь. Рождение от тебя не зависит. Но зрелость, старость, смерть – может быть, с этим можно что-нибудь сделать?

Вопрос журналиста: Как вы считаете, что станет с человеком, всегда думающим о смерти? Рей Брэдбери: Тогда вы станете Вуди Алленом.

А ведь в прежние времена никому не дано было видеть, как умирает дорога. Ну, можно было еще заметить, как она постепенно угасает, или ночью в постели вдруг уловить своего рода намек, толчок, смятенное предчувствие – дорога сходит на нет. Но проходили годы и годы, прежде чем дорога отдавала богу свою пыльную душу и взамен начинала оживать новая. Так было: новое появлялось медленно, старое исчезало медленно. Так было всегда. Было, да прошло. Теперь это дело нескольких часов. Читайте также:  Цитаты Булгакова М.А.

Есть преступления хуже, чем сжигать книги. Например – не читать их.

Вино из одуванчиков. Самые эти слова — точно лето на языке. Вино из одуванчиков — пойманное и закупоренное в бутылки лето. И теперь, когда Дуглас знал, по-настоящему знал, что он живой, что он затем и ходит по земле, чтобы видеть и ощущать мир, он понял еще одно: надо частицу всего, что он узнал, частицу этого особенного дня — дня сбора одуванчиков — тоже закупорить и сохранить…

Точно огромный зрачок исполинского глаза, который тоже только что раскрылся и глядит в изумлении, на него в упор смотрел весь мир. И он понял: вот что нежданно пришло к нему, и теперь останется с ним, и уже никогда его не покинет. Я ЖИВОЙ,— подумал он. Пальцы его дрожали, розовея на свету стремительной кровью, точно клочки неведомого флага, прежде невиданного, обретенного впервые…

Человек в наше время — как бумажная салфетка: в неё сморкаются, комкают, выбрасывают, берут новую, сморкаются, комкают, бросают…

Значит, можно вырасти и все равно не стать сильным? Значит, стать взрослым вовсе не утешение? Значит, в жизни нет прибежища? Нет такой надежной цитадели, что устояла бы против надвигающихся ужасов ночи?

Искать кроликов в шляпах – гиблое дело, все равно как искать хоть каплю здравого смысла в голове у некоторых людей.

Сами по себе мы ничего не значим. Не мы важны, а то, что мы храним в себе.

Ненавижу римлянина по имени Статус Кво,- сказал он мне однажды.- шире открой глаза, живи так жадно, как будто через десять секунд умрешь. Старайся увидеть мир. Он прекрасней любой мечты, созданной на фабрике и оплаченной деньгами. Не проси гарантий, не ищи покоя – такого зверя нет на свете. А если есть, так он сродни обезьяне-ленивцу, которая день-деньской висит на дереве головою вниз и всю свою жизнь проводит в спячке. К черту! – говорил он. – Тряхни посильнее дерево, пусть эта ленивая скотина треснется задницей об землю!

Жизнь — это одиночество.

от холода. Зимой — помогать пережить насморк и долгие вечера…

Нет, нет, книги не выложат вам сразу всё, чего вам хочется. Ищите это сами всюду, где можно, — в старых граммофонных пластинках, в старых фильмах, в старых друзьях. Ищите это в окружающей вас природе, в самом себе. Книги — только одно из вместилищ, где мы храним то, что боимся забыть. В них нет никакой тайны, никакого волшебства. Волшебство лишь в том, что они говорят, в том, как они сшивают лоскутки вселенной в единое целое.

Под Дугласом шептались травы. Он опустил руку и ощутил их пушистые ножны. … В ушах, как в раковинах, вздыхал ветер. Многоцветный мир переливался в зрачках, точно пестрые картинки в хрустальном шаре. Лесистые холмы были усеяны цветами, будто осколками солнца и огненными клочками неба. По огромному опрокинутому озеру небосвода мелькали птицы, точно камушки, брошенные ловкой рукой. Дуглас шумно дышал сквозь зубы, он словно вдыхал лёд и выдыхал пламя. Тысячи пчел и стрекоз пронизывали воздух, как электрические разряды. Десять тысяч волосков на голове Дугласа выросли на одну миллионную дюйма. В каждом его ухе стучало по сердцу, третье колотилось в горле, а настоящее гулко ухало в груди. Тело жадно дышало миллионами пор.

На самом деле абсолютно ничего не изменилось. Детки всего лишь получили новые игрушки. Только теперь они называются атомными и водородными, вот и все.

Вам не книги нужны, а то, что когда-то было в них, что могло бы и теперь быть в программах наших гостиных. То же внимание к подробностям, ту же чуткость и сознательность могли бы воспитывать и наши радио— и телевизионные передачи, но, увы, они этого не делают. Нет, нет, книги не выложат вам сразу всё, чего вам хочется. Ищите это сами всюду, где можно, — в старых граммофонных пластинках, в старых фильмах, в старых друзьях. Ищите это в окружающей вас природе, в самом себе. Книги — только одно из вместилищ, где мы храним то, что боимся забыть. В них нет никакой тайны, никакого волшебства. Волшебство лишь в том, что они говорят, в том, как они сшивают лоскутки Вселенной в единое целое. — 451 градус по Фаренгейту Читайте также:  Цитаты Ганди

Читайте также:  Афоризмы никколо макиавелли

Не требуйте гарантий. И не ждите спасения от чего-то одного – от человека, или машины, или библиотеки. Сами создавайте то, что может спасти мир, – и если утонете по дороге, так хоть будете знать, что плыли к берегу.

Книги демонстрируют гнилые пятна на коже жизни. Поэтому их часто боятся.

Даже бабушка, когда спустится в зимний погреб за июнем, наверно, будет стоять там тихонько, совсем одна, в тайном единении со своим сокровенным, со своей душой, как и дедушка, и папа, и дядя Берт, и другие тоже, словно беседуя с тенью давно ушедших дней, с пикниками, с теплым дождем, с запахом пшеничных полей, и жареных кукурузных зерен, и свежескошенного сена. Даже бабушка будет повторять снова и снова те же чудесные, золотящиеся слова, что звучат сейчас, когда цветы кладут под пресс, — как будут их повторять каждую зиму, все белые зимы во все времена. Снова и снова они будут слетать с губ, как улыбка, как нежданный солнечный зайчик во тьме.

Возьмём теперь вопрос о разных мелких группах внутри нашей цивилизации. Чем больше население, тем больше таких групп. И берегитесь обидеть которую-нибудь из них — любителей собак или кошек, врачей, адвокатов, торговцев, начальников, мормонов, баптистов, унитариев, потомков китайских, шведских, итальянских, немецких эмигрантов, техасцев, бруклинцев, ирландцев, жителей штатов Орегон или Мехико. Герои книг, пьес, телевизионных передач не должны напоминать подлинно существующих художников, картографов, механиков. Запомните, Монтэг, чем шире рынок, тем тщательнее надо избегать конфликтов. Все эти группы и группочки, созерцающие собственный пуп, — не дай бог как-нибудь их задеть! Злонамеренные писатели, закройте свои пишущие машинки! Ну что ж, они так и сделали. Журналы превратились в разновидность ванильного сиропа. Книги — в подслащённые помои. Так, по крайней мере, утверждали критики, эти заносчивые снобы. Неувидительно, говорили они, что книг никто не покупает. Но читатель прекрасно знал, что ему нужно, и, кружась в вихре веселья, он оставил себе комиксы. Ну и, разумеется, эротические журналы. Так-то вот, Монтэг. И всё это произошло без всякого вмешательства сверху, со стороны правительства. Не с каких-либо предписаний это началось, не с приказов или цензурных ограничений. Нет! Техника, массовость потребления и нажим со стороны этих самых групп — вот что, хвала господу, привело к нынешнему положению. Теперь благодаря им вы можете всегда быть счастливы: читайте себе на здоровье комиксы, разные там любовные исповеди и торгово-рекламные издания. — 451 градус по Фаренгейту

Не важно, что именно ты делаешь, важно, чтобы все, к чему ты прикасаешься, меняло форму, становилось не таким, как раньше, чтобы в нем оставалась частица тебя самого. В этом разница между человеком, просто стригущим траву на лужайке, и настоящим садовником.

Должны разводить собственные райские сады, — тихо закончил я. Смерть — дело одинокое.

Где-то на Земле есть некий Человек и у него Рычаг, довольно ему нажать на рычаг – и он спасет эту планету. Но Человек этот сейчас не у дел. Заветный Рычаг покрывается пылью. А сам он играет в карты — Бетономешалка

Вино из одуванчиков. Самые эти слова — точно лето на языке. Вино из одуванчиков — пойманное и закупоренное в бутылки лето… — Вино из одуванчиков Читайте также:  Цитаты Тютчева Ф.И.

современная литература классика фантастика художественная литература зарубежная литература любимое философия роман зарубежная проза американская литература

Люди — идиоты. Они сделали кучу глупостей: придумывали костюмы для собак, должность рекламного менеджера и штуки вроде IPhone, не получив взамен ничего, кроме кислого послевкусия. А вот если бы мы развивали науку, осваивали Луну, Марс, Венеру… Кто знает, каким был бы мир тогда? Человечеству дали возможность бороздить космос, но оно хочет заниматься потреблением: пить пиво и смотреть сериалы.

Время гипнотизирует людей. В девять лет человеку кажется, что ему всегда было девять и всегда так и будет девять. В тридцать он уверен, что всю жизнь оставался на этой прекрасной грани зрелости. А когда ему минет семьдесят – ему всегда и навсегда семьдесят. Человек живет в настоящем, будь то молодое настоящее или старое настоящее; но иного он никогда не увидит и не узнает.

Первое, что узнаешь в жизни, – это что ты дурак. Последнее, что узнаешь, – это что ты все тот же дурак.

Если бы мы слушались нашего разума, у нас бы никогда не было любовных отношений. У нас бы никогда не было дружбы. Мы бы никогда не пошли на это, потому что были бы циничны: Что-то не то происходит — или: Она меня бросит — или: Я уже раз обжёгся, а потому… Глупость это. Так можно упустить всю жизнь. Каждый раз нужно прыгать со скалы и отращивать крылья по пути вниз.

Доброта и ум – свойства старости. В двадцать лет женщине куда интересней быть бессердечной и легкомысленной.

Мужчина в 17 лет – идиот, в 18 – болван, к 20 развивается до придурка, в 25 он простофиля, в 30 – ни то ни сё, и только к славному 40-летнему возрасту становится обычным дураком.

В том-то и беда с вашим поколением, — сказал дедушка.— Мне стыдно за вас, Билл, а еще журналист! Вы готовы уничтожить все, что есть на свете хорошего. Только бы тратить поменьше времени, поменьше труда, вот чего вы добиваетесь. — Вино из одуванчиков

В положении умирающего есть свои преимущества. Когда нечего терять – не боишься риска.

Красивая обложка не гарантирует вкусного содержания.

Когда человеку семнадцать, он знает все. Если ему двадцать семь и он по-прежнему знает все – значит, ему все еще семнадцать.

Слезы порою помогают начать новую жизнь. Я люблю плакать.

Возьми лето в руку, налей лето в бокал — в самый крохотный, конечно, из какого только и сделаешь единственный терпкий глоток, поднеси его к губам — и по жилам твоим вместо лютой зимы побежит жаркое лето…

Читайте также:  Афоризмы мэрилин монро

Мы сами создали зло и постоянно дарим ему новые силы.

Джим умудрился прожить около двадцати лет, хотя ему совсем недавно исполнилось 13. Если смотреть только вперед, можно увидеть намного больше.

Луна, проглянув сквозь щель в темных тучах, следила за мной, будто огромный глаз. Я шел, ступая по зеркалам, а из них на меня смотрели та же луна и те же тучи. Я шел по небу, лежавшему у меня под ногами, и вдруг — вдруг это случилось…

Бьете точно в цель! Врач должен копать канавы. Землекоп раз в неделю дежурить в детском саду. Философы дважды в десять дней мыть грязную и жирную посуду. Математики пусть руководят занятиями в школьных гимнастических залах. Поэты для разнообразия пусть водят грузовики. А полицейские детективы…

Трудно сказать, в какой именно момент рождается дружба. Когда по капле наливаешь воду в сосуд, бывает какая-то одна, последняя капля, от которой он вдруг переполняется, и влага переливается через край, так и здесь в ряде добрых поступков какой-то один вдруг переполняет сердце.

icitata.ru

Рэй Брэдбери — Цитаты и афоризмы

Главная » Цитаты » Зарубежных писателей » Рэй Брэдбери
Лучшие цитаты и афоризмы Зарубежных писателей Рэй Брэдбери

Сортировать по: Дате · Рейтингу

Если бы мы слушались нашего разума, у нас бы никогда не было любовных отношений. У нас бы никогда не было дружбы. Мы бы никогда не пошли на это, потому что были бы циничны: «Что-то не то происходит» или: «Она меня бросит» или: «Я уже раз обжёгся, а потому…» Глупость это. Так можно упустить всю жизнь. Каждый раз нужно прыгать со скалы и отращивать крылья по пути вниз. Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |
— Меня часто про такое спрашивают, и я люблю фантазировать над ответами. Чтобы они были разными! Ответ сегодняшнего дня: потому что люди — идиоты. Они сделали кучу глупостей: придумывали костюмы для собак, должность рекламного менеджера и штуки вроде айфона, не получив взамен ничего, кроме кислого послевкусия. А вот если бы мы развивали науку, осваивали Луну, Марс, Венеру… Кто знает, каким был бы мир тогда? Человечеству дали возможность бороздить космос, но оно хочет заниматься потреблением — пить пиво и смотреть сериалы. Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |
Россия станет сверхмощной державой только благодаря тому, что люди научатся любить самих себя. В этом убеждает меня русская литература, русские фильмы. Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |
В хорошем браке люди всегда учат друг друга. Вы учите друг друга науке жизни. Ежедневно соприкасаясь, лежа на одной подушке, вы влияете друг на друга помимо воли. Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |
Я не люблю машины. Я ненавижу Интернет, ненавижу компьютеры. Они мешают нам жить, они отбирают наше время. Люди слишком много работают за компьютерами, они слишком много болтают, вместо того чтобы слушать и слышать друг друга. Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |
Что такое Вселенная? Это большой театр. А театру нужна публика. Мы — публика. Жизнь на Земле создана затем, чтобы свидетельствовать и наслаждаться спектаклем. Вот зачем мы здесь. А если вам не нравится пьеса — выметайтесь к черту! Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |
Нельзя жить как ребенок, который ждет не дождется Рождества с подарками под елкой. Всю свою жизнь я просыпаюсь и говорю себе: «Я жду не дождусь именно этого дня». Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |
Когда мы с Мэгги поженились 60 лет назад, у нас не было денег. На нашем банковском счету было 8 долларов. Первые два года у нас даже не было телефона. Мы снимали крошечную квартирку в Венисе, по соседству с бензозаправкой. Там на стене и висел мой первый телефон. Я выбегал к нему, брал трубку, а люди думали, что звонят мне домой. Не было даже телефона, что уж говорить о машине. Но знаете, что у нас было? Любовь. Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |
Мы все — машины времени. Вот почему всю свою жизнь я нахожусь под очарованием стариков. Потому что я знаю: вот сейчас нажму его потайную кнопку и окажусь в 1900 году. Или на Гражданской войне… А в детстве я встречал ветеранов Гражданской войны! Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |
Главное для меня — не переставать удивляться. Перед отходом ко сну я непременно даю себе наказ с утра пораньше обнаружить что-нибудь удивительное. Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |
Печальный и в тоже время счастливейший удел человечества в том и состоит, чтобы без конца измерять расстояния от того места, где мы находимся, до того, где мы хотим быть. Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |
А что до моего могильного камня? Я хотел бы занять старый фонарный столб на случай, если вы ночью забредёте к моей могиле поприветствовать меня. А фонарь будет гореть, поворачиваться и сплетать одни тайны с другими, сплетать вечно. И если вы придёте в гости, оставьте яблоко для привидений. Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |
Я не могу назвать писателя, чья жизнь была бы лучше моей. Мои книги все изданы, мои книги есть во всех школьных библиотеках и, когда я выступаю перед публикой, мне аплодируют ещё до того, как я начну говорить. Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |
Смерть — это мой постоянный бой. Я вступаю с ней в схватку в каждом новом рассказе, повести, пьесе… Смерть! Я буду бороться с ней моими произведениями, моими книгами, моими детьми, которые останутся после меня. Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |
Жюль Верн — мой отец. Герберт Уэллс — мой многомудрый дядя. Эдгар Аллан По — мой кузен, у него перепончатые крылья, как у летучей мыши, он жил у нас на чердаке. Флэш Гордон и Бак Роджерс — мои друзья и братья. Теперь вы знакомы с моей родней. После всего этого уже совершенно очевидно, что Мэри Уолстонкрафт Шелли, автор «Франкенштейна», — моя мать.

С такой родословной я мог стать только фантастом, автором самых непостижимых, умопомрачительных сказок, а кем же еще?

Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |

Когда мне было 19 лет я не мог поступить в колледж: я был из бедной семьи. Денег у нас не было, так что я ходил в библиотеку. Три дня в неделю я читал книги. В 27 лет вместо университета я окончил библиотеку. Зарубежных писателей | Рэй Брэдбери |

dastiham.ru

Оцените статью
Статус